Дело Вилкова

В четверг, 9 февраля, Псковский областной суд изменил приговор городского суда в отношении руководителя организации «Псков - город без наркотиков», председателя регионального отделения партии «Родина» Константина Вилкова по делу о смерти при задержании цыганки, сбывавшей наркотики. Из приговора было исключено дополнительное наказание - лишение права занимать определенные должности*.

В остальном приговор, в том числе и в отношении других фигурантов, остался без изменения.

Таким образом, бывшие сотрудники отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков УВД г.Пскова Роман Коншин и Алексей Федотов признаны виновными в превышении должностных полномочий (ч.1 ст. 286) и им назначено условное наказание 2 и 2,5 года лишения свободы. Их коллега Ирина Царева признана виновной в совершении халатности по ч. 1 ст. 293 УК РФ и ей назначено наказание 6 месяцев исправительных работ. Константин Вилков признан виновным в пособничестве Коншину и Вилкову. Ему назначено наказание 1,5 года лишения свободы условно.

Все осужденные освобождены от основного наказания в связи с амнистией к 70-летию Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов. А с Вилкова и Коншина также снята судимость.

Как установил суд, 19 декабря 2014 года оперуполномоченные ОБНОН УВД г.Пскова Алексей Федотов, Роман Коншин и Ирина Царева на машине руководителя псковской организации «Город без наркотиков» Константина Вилкова задержали Оксану Казимировскую, которая, по информации последнего, продавала наркотики. По пути в отдел полиции в машине женщине стало плохо. Тогда машина направилась к дежурной аптеке, где был приобретен нашатырный спирт, с помощью которого задержанную пытались привести в чувство, однако она не реагировала. После этого теперь уже осужденные направились к дому Коншина за ключами от наручников, чтобы снять их с Казимировской. Оставив Цареву в городе с телефонами, Федотов, Коншин и Вилков вывезли труп женщины в лес и оставили там.

Позже выяснилось, что у женщины в гортани застрял сверток с наркотиком, и она задохнулась.

Прокуратура настаивала на том, что смерть задержанной наступила в результате действий подсудимых, которые незаконно применили к ней насилие при задержании и спецсредство «наручники» (ч. 3 ст. 286 УК РФ).

Однако Псковский городской суд не согласился с обвинением и переквалифицировал статью на менее тяжкую ч. 1 ст. 286 УК РФ, заключив, что Казимировская погибла от собственных действий. Данный вывод сделан на основании двух судмедэксертиз и показаний эксперта в суде. По моему мнению, прокуратура в какой-то момент дошла до абсурда и просила суд не доверять экспертизе. Но это «железобетонное» доказательство все же легло в основу приговора.

По словам эксперта, после полного закрытия инородным предметом просвета гортани смерть наступает в срок от нескольких секунд до 5-6 минут (максимальный срок). Самостоятельно достать предмет из гортани человек не может, поэтому наличие наручников никак не повлияло на ситуацию. Возможность спасти человека при асфиксии есть только в том случае, когда точно известно, что он именно вдохнул что-то. И даже в этом случае можно спасти, а можно и не спасти.

Городской суд пришел к выводу, что насилие, которое было применено к Казимировской, чтобы ее задержать, было законным. Однако последующие действия подсудимых, которые были произведены после того, как задержанная умерла, суд квалифицировал как превышение должностных полномочий. Были нарушены права родственников погибших на погребение, их имущественные права, а также нарушены охраняемые интересы общества и государства. Сами подсудимые заявляли, что невиновны. Что совершили не преступление, а неэтичный проступок. Не оспаривая фактических обстоятельств дела, они были категорически не согласны с квалификацией обвинения. Но никто из них не предлагал переквалифицировать на часть первую. Хотя именно эта квалификация была очевидна.

Не скрою, что для меня признание виновной Царевой по статье «халатность» стало неожиданностью. Было совершенно понятно, что в превышении должностных полномочий она не виновна, и в отношении нее можно было ожидать оправдательного приговора. Но суд решил иначе. Решил, что Царева должна была понять еще возле аптеки, когда задержанная не реагировала на нашатырный спирт, что она умерла, и в этот момент сообщить в дежурную часть о случившемся и пресечь преступление, которое в итоге совершили ее коллеги. Да, сотрудники полиции обязаны пресекать преступления, а не только не участвовать в них. В этом смысле приговор выглядит логичным и обоснованным.

Константин Вилков

Есть мнение, которое можно встретить, например, в комментариях на форуме, что задержанную убили. Однако ничто из материалов дела не говорит о насильственной смерти. Слухи о том, что Казимировской свернули шею и порвали рот, пытаясь запихнуть в него сверток с наркотиком, не соответствует данным судмедэкспертизы. Все кости были целы, а в уголках рта был обнаружен всего лишь герпес, который после смерти мог выглядеть как небольшие ранки. Это разъяснил на суде эксперт, и оснований не доверять ему, не имеется.

Многие не видят разницы между освобождением от наказания, изменением приговора и оправданием. Мол, не наказан, значит, не виновен. Изменили приговор так, что наказания не осталось - значит отменили приговор. А разница есть. Она в первую очередь в том, кто несет ответственность за принимаемые решения: судебная система или Государственная Дума. Как есть разница в том, кто виновен в смерти потерпевшей: осужденные или она сама.

Исправленный апелляционной инстанцией приговор можно отнести к разряду: «И овцы целы, и волки сыты». И осудили, и тут же освободили от всех ограничений. Но приговор объективен, квалификация максимально близка к истине, назначенное условное наказание соответствует характеру преступления и личностям осужденных. А то, что преступление попало под амнистию, не вина и не заслуга суда. Радость от Победы в Великой Отечественной войне облекается в разные формы.

В этой истории лично у меня вызывает удивление чрезмерно жесткая позиция прокуратуры против бывших правоохранителей, которые со всех сторон характеризуются положительно, и в целом не представляют вреда для общества. Между тем прокуратура не только приписала им тяжкую статью вопреки выводам экспертов, но и утверждала, что исправление бывших полицейских невозможно без реальной изоляции от общества. Хотя ранее ни в чем плохом они замечены не были, от следствия не скрывались, все рассказывали как на духу. «Сегодня он молодец, а завтра, если он оступился, мы с удовольствием возьмем его в оборот», - резюмировал такое отношение Константин Вилков.

На мой взгляд, «история о мертвой цыганке», - это история о том, как бывает сложно в нужный момент принять верное решение. Не поддаться на соблазн уйти от ответственности, не поддаться страху, жалости. Прояви хоть один участник преступления силу характера и принципиальность, не было бы преступления, был бы только несчастный случай. Были бы похороны, но не было бы увольнения, ареста, назойливых следователей и прокуроров, судов, приговора, неприятных обсуждений в интернете.

Я думаю об этом всякий раз, когда наблюдаю за судебным процессом. А судебные репортажи я пишу уже 10 лет.

Главное - вовремя принять верное решение.

Елена Демченкова

*должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях.